Преподобне отче Нифонте, моли Бога о нас! Преподобный Нифонт, епископ Кипрский Епископ Кипрский Нифонт...

Преподобне отче Нифонте, моли Бога о нас!

Преподобный Нифонт, епископ Кипрский

Епископ Кипрский Нифонт происходил из знатного рода Малой Азии и с детства был поручен заботам одного воеводы, который был прислан из Царьграда императором Константином Великим. Этот воевода устроил мальчика у своей жены в Царьграде, чтобы дать ему возможность получить тщательное воспитание.
Нифонт был мальчик способный, кроткого и доброго нрава и любил ходить в церковь. Но беда его была в том, что он попал под влияние дурных товарищей, стал вести рассеянную жизнь, напивался допьяна, объедался, привык к скверным разговорам о разных нечистых и темных делах, постоянно посещал представления скоморохов и ночи проводил в греховных удовольствиях. Все деньги, которые он получал от жены своего воспитателя, он тратил на этот дорогостоящий образ жизни, а потом стал прибегать к кражам.
Как человек с хорошей душой, он чувствовал, что живет неправильно, а постоянная возбужденность, в которой держали его срасти, необходимость добывать много денег, бессонные ночи — все это совершенно расстроило его нервы. Он со всеми ссорился, был крайне раздражителен и опускался все ниже и ниже, не только погибая сам, но вовлекая в эту погибель и других. Вот что стало с юношей, который подавал лучшие надежды и еще недавно так умел славить Бога.
Один из его друзей, не отступавший от него, несмотря на его недостойную жизнь, Василий, старался уговорить его порвать с этою невозможною жизнью: «Что сделалось с тобой, Нифонт, — говорил он, — ты жив телом, а душой уже умер, только твоя тень ходит среди людей».
И Нифонт не оправдывал себя. Он не сердился на приятеля, как бы делали это другие в его положении, и во время этих бесед рыдал и оплакивал свои грехи. Сознание своей неправоты у него было, но не было силы себя побороть, и он откровенно говорил Василию:
— Моя судьба решена. Покаяния для меня нет, и я осудил себя на гибель. Так пусть же я вполне наслажусь всем, что есть на земле сладкого.
Не отрицая Бога, чувствуя Его величие, Нифонт тем не менее совершенно не мог молиться. Какая-то ужасающая пустота была в его душе. Он не верил в то, что Бог может спасти его, и действительно считал себя совершенно погибшим.
Поведение Нифонта чрезвычайно огорчало его воспитательницу, которая уговаривала его, бранила, подвергала его даже наказаниям, но ничто не помогало. Но очевидно, что в Нифонте, и при всем его падении, было много хорошего, и поэтому его не оставляли лучшие из его друзей.
Когда Нифонт однажды пришел к одному из таких друзей, Никодиму, то на лице Никодима выразился величайший ужас. Нифонт спросил друга, отчего он испугался, и тот признался, что лицо Нифонта кажется ему совершенно черным, как у эфиопа.
С глубоким стыдом шел Нифонт от друга. Ему хотелось закрыть лицо руками, чтобы никто не видал на нем следы страшных страстей.
«О, — говорил он себе, — каким покажусь я на Страшном Суде, когда тут, на земле, где не обнажены все дела мои, я уже кажусь таким черным. Где ты, душа моя, возможно ли для меня покаяние, есть ли человек, который поможет мне в том? Как я воззову к Богу о помиловании?»
Душа его жаждала молитвы, но искушающий помысел говорил: «Если станешь на молитву, то сойдешь с ума и люди тебя осмеют». «Как, — возражал он сам себе, — неужели от молитвы со мною произойдет зло? Ведь от моего разврата со мной еще не случилось никакого зла».
И когда ночная мгла окутала землю и все в городе успокоилось, Нифонт встал с постели и с плачем, ударяя себя в грудь, молил Бога о пощаде.
Он молился, обращаясь лицом к востоку, и вдруг он увидел себя окруженным густым мраком. В страхе, закрыв лицо руками, он лег на свою постель. Утром он пошел в церковь, где давно не был. Там увидел он икону Богоматери, и какая-то сила повлекла его к образу Пречистой Девы, взыскующей погибших, поручающейся за грешников.
Все, что было в нем сил духа, все вложил он в один зов к Пречистой: «Помилуй меня, Заступница христиан, обрадованная, чистая. Подыми меня, упование и надежда кающихся».
И тут, для спасения души этого отчаявшегося грешника, совершилось великое чудо. Лик Богоматери просветился. Сладостная улыбка озарила очи Пречистой, и перед этим знаком небесного милосердия, оживая душою, Нифонт молился. И благодать лилась в истерзанную, несчастную, больную душу. Прикладываясь к иконе Богоматери, он думал: «Вот как Бог любит нас, а мы сами бежим от Него! Какую Он нам дал, в Пречистой Своей Матери, дивную Заступницу, а мы Ее отвергаем!»
Вскоре он видел сон. Ему снился диавол в виде одного отрока, товарища его прежней, распутной жизни. Этот отрок стоял перед ним печальный, и Нифонт спросил его:
— Что ты печалишься?
— Вот уже третий день, — отвечало его видение, — как ты ходишь к своему другу, благочестивому Никодиму, и развратился. Я не могу перенести, что ты меня забыл.
Проснувшись, Нифонт понял, что непримиримый враг рода человеческого скорбит о его покаянии, и, чтобы подкрепить свою волю, он пошел к образу Владычицы, столь памятному для него, и молился перед этим образом, пока лик Пречистой не озарился улыбкой.
Богоматерь словно спустилась для Нифонта на землю, действуя на него через Свою икону. Если он совершал какой-нибудь грех, то во время его молитвы перед иконою Богоматерь с гневом и со строгим лицом отвертывалась от него. Когда он раскаивался и умолял Пречистую о прощении, пречистый лик озарялся улыбкой.
Он понял всю ту заботу, с которой Владычица следит за его исправлением, и положил себе с тех пор всегда иметь на устах Ее пречистое имя. Ему случилось тяжко заболеть; и во время этой болезни после молитвы об исцелении он видел двух светлых жен, из которых одна была в царской багрянице и держала в руках ветку маслины, а другая несла какой-то алавастр. Жена в багрянице произнесла:
— Посмотри, Анастасия, чем страдает этот юноша.
— Он, Госпожа, страдает от невоздержанного своего языка. Он не переставал говорить, когда был здоров. И теперь Господь наказывает его, чтобы пощадить его будущее во веки. Бог очень любит его, а потому и наказывает. А Ты, Госпожа, если хочешь, помоги ему.
После этого видения Нифонт был исцелен. А слова в видении о том, как много согрешает человек языком, всякий из нас должен запомнить.
Вот как совершилось обращение Нифонта. Бог ждал этого обращения его, пошел ему навстречу, привлек его к Себе и утешил знамением. Как только Нифонт встал, чтобы помолиться Ему, Господня благодать облобызала и окрылила его и, в лице Своей Матери Пречистой Господь послал Нифонту покров и утешение.
Утвердившись в благочестии, Нифонт стал иноком. Его дни проходили в труде и покаянии. Из болтливого он сделался молчаливым. Если ему случалось произнести лишнее слово, он ударял себя сорок раз по лицу и иногда заставлял себя подолгу ходить с каменьями во рту, говоря:
— Для тебя лучше есть камни, чем говорить злые слова.
Наказывая свое тело за прошлые дни разврата, он бичевал себя так, что от ран отпадали куски тела. Но много ему пришлось постоять в борьбе.
Бес являлся ему то в виде скачущей перед ним птицы, то в виде бросающегося на него пса. И эти призраки исчезали перед знамением креста. Иногда бес искушал голодного Нифонта, предлагая ему разную дорогую пищу. Но Нифонт отсылал его назад. Если он чувствовал в себе прежние плотские вожделения, то по целой неделе не брал хлеба в рот и морил себя голодом и жаждой, пока похоть не проходила. Закаляя свою волю, он иногда, сжигаемый жаждой, набирал себе в рот воды, ощущал ее вкус и потом выливал ее на землю, не проглотив.
— Ты победил меня, Нифонт, — воскликнул раз бес.
— Не я побеждаю тебя, — отвечал он, — сила Божия во мне.
И вот при растущей силе его все усиливалась борьба, и наконец Господь попустил в течение четырех лет искуситься ему страшным искушением. Однажды враг стал внушать Нифонту: «Бога нет, ибо где Он?»
И когда Нифонт стал молиться, язык произносил слова, но они не отдавались в уме. Он лишился тут непоколебимой веры в существование Божие, которая не оставляла его и в дни его падения, и искушавший голос нашептывал ему: «Бога нет, Бога нет».
— Никогда не отрекусь я от Моего Христа, — говорил он, — если даже и впаду в блуд, если убью, или сотворю еще мерзейшее преступление.
— Что ты говоришь, — нашептывал враг, — Христа нет. Я один всем владею, я один над всем царствую.
Страшные усилия употреблял враг, чтобы вынудить у Нифонта дорогие для себя слова: «Бога нет». И четыре года Нифонт боролся, не сдаваясь и принуждая себя к молитве, которая, не проходя через сердце, совершалась как-то вне его.
Это величайшее из искушений, которое посылает Бог только вернейшим рабам Своим, так называемая «мысленная брань». Ее пережил в течение нескольких лет и один из высочайших русских подвижников преподобный Саровский Серафим.
Однажды в глубоком горе, в невыразимом страдании Нифонт, простирая руки к иконе Спасителя, воскликнул:
— Боже, Боже мой, зачем Ты меня оставил? Дай мне познать, что Ты Бог и что, кроме Тебя, иного нет.
И тут совершилось для Нифонта снова великое чудо. Лик Христов на иконе засиял, как солнце, и от иконы полилось благоухание. А потом глаза и брови у Спасителя стали как у живого человека.
После этого долговременного, великого испытания душа Нифонта закалилась, как сталь в огне. Была одержана одна из величайших побед духа, какие знало когда-нибудь человечество. И на душу Нифонта, в которой победил Христос, спустилась тишина и спокойствие.
Бывшее прежде угрюмым и суровым, лицо Нифонта стало настолько веселым и светлым, что многие спрашивали, что это значит. Нифонт, одолевший нечистых духов, перестал их бояться и радостно говорил: «Где те, которые говорят: “нет Бога”?»
Благодарная душа Нифонта стремилась излить свою бесконечную признательность Богу в торжественном исповедании своих грехов. Он подошел к церковным дверям и, воздев руки к небу, скорбно воскликнул:

«Прими Христос, меня, умершего душой и умом, не отврати лица Твоего от меня, не говори, что не знаешь меня. Но вонми гласу моему и спаси меня. Ты не хочешь смерти грешника, и я не отступлюсь от Тебя, пока Ты не дашь мне спасение».
И услышал тогда он в небе сильный шум, и явился в дверях светлый Муж в облаке, и Муж этот, протягивая к Нифонту руки, обнял его, как отец блудного сына, и раздались слова Милосердного Господа:
«Хорошо ты сделал, что пришел сюда, скорбящее мое чадо. Я много печалился и тужил о тебе. Сердце мое горело ожиданием, когда ты обратишься, вечером ли, утром ли. И теперь я радуюсь и веселюсь, видя, что ты обратился ко Мне всем сердцем...»
Может ли быть для верующего что-нибудь радостнее и утешительнее этого обращения!
То Божия Матерь как бы покидает небо для того, чтобы закрепить намерение истерзанного грехом погибающего человека, то Милосердный Христос протягивает к нему прободенные за него на кресте руки, чтобы принять его с любовью отца, отыскавшего блудного сына, который больше никогда не уйдет от Него «на страну далече».
Каким ужасом начинается рассказ о жизни Нифонта, каким тихим, благоухающим, обещающим успокоением веет от конца этой победоносной борьбы.
И вот Нифонт освобожден от греха, оправдан Божиею благодатью, восстановил в себе все духовные силы, какие так обильно излил на него Господь и какие умерли в нем, казалось, навсегда, во время его бурной и грешной жизни. Нифонт явно беседовал с Ангелами и явно видел бесов.
Однажды он шел перед каким-то домом, где жила известная блудница, и увидел там Ангела, который горько плакал. Ангел этот был приставлен к одному благочестивому человеку, который в эту ночь впал в грех с этой женщиной, и Ангел горько плакал об этом падении.
— Как ты не наставишь его, чтобы он убежал от греха? — спросил Нифонт Ангела.
— Я не могу к нему приблизиться, — отвечал Ангел, — он стал рабом бесов, и у меня нет над ним власти. Бог сотворил человека со свободной волей и показал ему пути: узкий и широкий, чтобы человек ходил по тому пути, который сам выберет.
Нифонту открыто было, как бесы ходили в народ и явно искушали людей. Раз видел он, как два человека работали. Бес стал нашептывать обоим что-то в уши, и они, бросив работу, затеяли между собою ссору.
Видел он раз церковного служителя, которому бес нашептывал мерзкие мысли. Чувствуя искушение, этот человек часто обертывался и плевал на беса.
— Зачем ты искушаешь этого человека, — спросил Нифонт, — если он тебя не слушает?
— Князь наш велит нам бороться с людьми. Он жестоко нас бьет, если мы этого не делаем.
Видел еще Нифонт инока, который шел с собранными мыслями, творя на ходу горячую молитву. Из уст его вылетало огненное пламя, которое доходило до неба. А за ним следовал Ангел с огненным копьем в руках и этим копьем отгонял от инока бесов.
Раз во время всенощного бдения, под праздник Вознесения, Нифонт увидал Владычицу Богородицу, вошедшую во храм с апостолами и множеством святых. С материнской любовью Она смотрела на людей, радуясь на тех, кто думал о своем спасении, качала головой и плакала над нерадивыми. Потом Она подняла к небу Свои руки и стала молиться Сыну Своему о спасении всех.
Это видение еще более укрепило веру Нифонта в том, что Владычица дивно охраняет людей и крепкой рукой ведет их к спасению. Вскоре он получил подтверждение этой веры. Во время сна напал на него враг с оружием в руке, чтобы убить его, но вдруг побежал с криком: «О Мария, Ты всегда прогоняешь меня от этого жестокого человека».
Нифонту были открыты тайны душ, оставивших мир и возносившихся в вечную отчизну. Он видал небеса раскрытыми и Ангелов, из которых одни сходили вниз на землю, другие поднимались в небо, неся в своих объятиях человеческие души.
Как-то раз при приближении к блудному мытарству демон стал кричать двум Ангелам, несшим душу:
— Дайте нам эту душу, она наша.
— Какой знак укажете вы на ней, что она ваша? — спрашивали Ангелы.
— Этот человек до смерти осквернял себя грехами плотскими всякого рода и умер без покаяния, что вы ответите на это?
— Мы спросим у Ангела Хранителя этой души.
— Эта душа, — отвечал Ангел Хранитель, — много грешила, но перед концом она исповедала Богу свои грехи. Если Бог простил, то знает, почему простил. Он имеет на то власть. Слава Его праведному суду.
И Ангелы безвозбранно понесли дальше согрешившую и покаявшуюся душу.
Безграничное благоговение к Той, Которая была для него начальницей и надеждой его спасения, к Пресвятой Владычице, наполняло душу Нифонта. Он воздвиг Ей в Царьграде церковь, и при этой церкви жил. Своей верой он многих обращал ко Христу. Бес явился однажды к нему со своим полчищем и хотел его замучить, но он силой Божией связал их и нанес им множество ударов. Тогда они, чтобы смягчить его, дали обещание не приближаться даже к тому месту, где произносится имя Нифонта.
Жизнь Нифонта и духовный опыт, им приобретенный, особенно драгоценны тем, что в жизни сохранилось описание тех козней, которыми искушает враг род человеческий и вместе с тем той охраны, какою охраняют людей светлые силы.
Нифонт видел обширное поле правильной квадратной формы; на нем были расставлены триста шестьдесят пять полков из эфиопов. Один из них выстраивал воинов и ободрял своих подчиненных. Было принесено множество оружия и роздано по полкам. Потом диавол снабдил каждый из полков силою волшебства и пустил их по всей земле на Церковь христианскую
В ужасе и тоске созерцал Нифонт эти козни диавола, посылаемые на землю. Но к нему был ободряющий голос:
— Оборотись, Нифонт, на восток и смотри.
И увидел Нифонт на востоке чистое, прекрасное поле и на нем еще более многочисленные, чем у эфиопов, полки. Воины стояли в белых одеждах. Они были вооружены как на битву, и явился им Муж, сияя светом выше солнечного, и сказал им:
— Господь Бог Саваоф повелевает: идите по всей земле, помогайте христианам и охраняйте их жизнь.
Нифонт понял тогда, что, как ни велика сила диавольских искушений, но выше и больше ее сила благодати охраняющей. Незадолго до конца своего Нифонт был поставлен епископом острова Кипрского по непосредственному указанию Божию.
Это событие произошло, быть может, для того, чтобы показать, как велика сила покаяния и как Господь отмывает грехи людей в такой мере, что потом Сам призывает их к высшим ступеням служения Себе.
Чудно описание последних часов жизни епископа Нифонта, при которых присутствовал знаменитый столп Церкви святитель Афанасий Великий, патриарх Александрийский. Последнюю ночь своей жизни Нифонт провел на рогоже, на которую велел положить себя.
На рассвете посетил его Афанасий Великий и спросил его, есть ли человеку польза от болезни.
— Сильней, чем золото, — отвечал Нифонт, — в котором отходит ржавчина, когда его жгут на огне, человек во время болезни очищается от своих грехов.
Сладостная улыбка озарила лицо святителя перед самой кончиной его, и он радостно произнес:
— Приветствую вас, святые Ангелы.
Следующими словами его были:
— Вас, святые мученики.
Еще через несколько времени он произнес:
— Привет вам, блаженные пророки.
Тут отверзлись духовные очи Афанасия, и он увидел, что отходящего от земли к небу Нифонта приветствуют по очереди, каждый отдельно, все лики святых.
Умирающий несколько времени молчал, потом опять воскликнул:
— Приветствую вас, священники, преподобные и все святые.
Голос умирающего затих. Потом через несколько времени Нифонт в восторге воскликнул:
— Радуйся, Обрадованная, Красная, мой Цвет, Помощница моя и Крепость. Прославляю Тебя, Благая, ибо поминаю милость и благодать Твою.
То были последние слова, произнесенные на смертном одре праведником, это хвала Той, Которая Своим милосердием исторгла из ужасной пропасти погибавшую душу Нифонта и довела ее до рая. Владычица спустилась опять с неба принять на Свои руки спасенное Ею дитя, которое Она воззвала из бездны беззакония и которое стояло теперь перед Нею, украшенное добродетелями, благоухающее святыней...
Много покоряющего и умилительного хранят в себе сокровища жизни святых. Но, кажется, нет повести более потрясающей душу, повести, где сильнее ощущались бы нити, связывающие небо и землю, соединяющие в одно гибнущих от греха людей и небесных воителей, готовых спешить им на помощь, чем эта чудная повесть.
Святитель Нифонт, епископ Кипрский, по верованиям Церкви, имеет благодать избавлять людей от чарований, как получивший власть над нечистым духами после такой страшной и упорной борьбы. А вся жизнь его представляет собой для нас сплошной урок покаяния, пример того, как ни на каких низах падения не надо отчаиваться и как из безобразнейшего грешника можно стать сияющим благодатью праведником...

Евгений Поселянин
Из книги "Идеалы христианской жизни"